Очень кратко пробегусь по собственным итогам прошедшего года.
Если книга, то «Дневник» Чака Паланика.
Если журнал, то «The New Times». Появление «Русской жизни» и «Русского репортера» также отмечено и упомянуто не случайно. Из приятного и желанного еженедельного чтива еще отметил бы «Smart Money».
Если фильм, то «5 неизвестных» (на самом деле, дома в ожидании своего часа лежит много не просмотренного).
Кино отложено в силу увлечения сериалами. В общей сложности было просмотрено 250 серий разной продукции, по большей части, американского производства. И если сериал, то «Criminal Minds».
Это все по верхам и в спешке. Если говорить о годе в целом, то он прошел интересно. Разноградусные эмоции время от времени переполняли. Седых волос прибавилось. Скучно не было – и это уже большой плюс.
А если не только о себе, то… год больше разочаровал. Поэтому если статья, то Валерия Панюшкина – «Время хунвейбинов».
Всех с наступающими трудовыми буднями!
"Напитанное нефтью розовощекое сообщество непобедимо. Сопротивление бессмысленно. Можно более или менее успешно противостоять превосходящим силам противника, но нельзя всерьез противостоять нашествию муравьев или саранчи. Всякий, кто видел с моста, как движение «Наши» собирается на Васильевском спуске, всякий, кто видел, как «Молодая Гвардия Единой России» собирается на Манежной, — всякий согласится, что сравнение с саранчой еще недостаточно оскорбительно. Саранча по крайней мере не поет песню «За ними Путин и Сталинград».
Я совершенно отказываюсь видеть разницу между Нашими, Местными, Молодой Гвардией и как там еще зовут этих хунвейбинов. По-моему, хунвейбины они и есть хунвейбины, как их ни назови.
Они спускают в символический унитаз книги Сорокина, вероятно, потому, что детство их прошло в таких семьях, где книги принято пускать на подтирки. Они сжигают книги Немцова, видимо, не имея воспитываемого изучением истории отвращения к сжиганию книг. У стен эстонского посольства они устраивают символический расстрел, видимо, ничего не имея против участия в расстрелах. Они запускают по улицам Москвы свиней, обряженных в маски великого шахматиста, едва ли зная про шахматы что-нибудь, кроме того, что конь ходит буквой «гэ». Они про свободу и демократию осведомлены примерно так же, как про литературу, историю и шахматы. В этом их непобедимая сила.
|